Избранное из книги Давида Флюссера "Иисус".


Предисловие

Главной целью этой работы является попытка написания истории жизни Иисуса (Христа) из Назарета.

Среди известных в науке источников, существуют гораздо более полные биографии императоров, поэтов и других героев древности. Иосиф Флавий, (апостол) Павел из Тарса - современники Иисуса, о которых известно из дошедших до наших дней исторических источников.

У каждой биографии существуют свои собственные особенные  проблемы.  Практически невозможно найти какую-то информацию об Иисусе  вне историй из Евангелий. В этом Иисус разделяет общую судьбу с Моисеем, Буддой и Мухамедом. Они также не упоминаются ни в одном внешнем источнике, за исключением описаний учеников. 

Единственным важным источником биографии Иисуса являются четыре евангелия:  от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Другие главы Нового Завета почти ничего не сообщают о жизни основателя христианства.

Первые три евангелия основаны на общем историческом материале, в то время как четвёртое - от Иоанна, точнее будет определить как представляющее богослосвкое учение. Параллели между евангелиями от Матфея, Луки и Марка были напечатаны в столбцы, формируя синопсис - отсюда название: синоптические евангелия, данные первым трём книгам Нового завета.

Является ли отсутствие нехристианских документов непреодолимым препятствием на пути изучения биографии Иисуса? Когда религиозный гений появляется в среде, позволяющей точную документацию развития и обстоятельств его жизни, существует искушение попытаться приоткрыть завесу над психологическими мотивами, приведшими к определенному религиозному феномену. Однако, подобные попытки часто остаются неудовлетворительными, ибо по словам Иисуса "дух веет, там где хочет". (Ин. 3)  Это звучит особенно верно в отношении к личностям, которые в своей деятельности непосредствено зависели от вдохновения. К примеру, кто осмелится применить какие-либо усреднённые психологические критерии к жизни св. Франциска Ассизского? Наша неспособность начертать психологическо-историческую картину жизни Иисуса, которая не прозвучит фальшивой нотой, исходит не из-за недостатка исторических материалов, находящихся в нашем распоряжении, а скорее из-за особой природы его личности.

Самыми достоверными источниками необходимо считать собственные высказывания исторического персонажа и свидетельства его последователей, разумеется прочтённые критически. Другие исторические материалы должны послужить проверочным фактором.

 Возьмем два современных примера. Всё значительное и заслуживающее доверия из того, что можно узнать о личности Джозефа Смита (1805- 44), основателя религии мормонов, находится в его собственных работах или свидетельствах его последователей. Другой пример - африканский религиозный деятель Саймон Кимбангу, который был известен как чудотворец и целитель в Бельгийском Конго, в период с марта 18-го до 14-го сентября 1921 гг. Он умер в изгнании в 1950 г. Последователи Кимбангу тоже верили в него, как в  Мессию, но исторические документы не проливают свет на его собственные представления о своем призвании. В следствии краткости публичной деятельности Саймона Кимбангу, историки не находят возможности предоставить какие-либо данные, свидетельствущие о том кем он сам себя  представлял. Материалы, данные Бельгийскими властями проливают на эту загадку столько-же света сколько могли бы дать архивы прокуратора Понтия Пилата или записи первосвященника Каиафы по делу Иисуса из Назарета.

Источникам периода раннего христианства можно доверять более, чем принято считать. Первые три евангелия не только дают резонный и внушающий доверия портрет Иисуса, человека своей эпохи, но также постоянно подчеркивают его манеру упоминать о спасителе в третьем лице. Беспристрастное прочтение синоптических евангелий дает в результате картину не столько спасителя человечества, сколько иудейского чудотворца и проповедника. Хотя несомненно, такой портрет не является полным.

Очевидно в аутентичном рассказе евангелистов не было истории о воскресении Иисуса, ставшей впоследствии центральной темой в богословии Церкви. Повесть о жизни чудотворца и целителя из Назарета, рассказанная его учениками, не ставила целью превратить его в керигматического Господа и Спасителя человечества.  Единственным источником, представляющим учение Церкви о спасителе и Христе, является наименее исторически вероятное евангелие от Иоанна. А Иисус, описанный в синоптических евангелиях, являет собой историческую личность, а не керигматического господа и спасителя. В глазах ранних иудео-христиан, чьи взгляды были позже объявлены Церковью еретическими, образ Иисуса как чудотворца, учителя и проповедника, был более приемлемым, чем образ воскресшего керигматического Христа. Но уже в период ранней Церкви акцент с событий жизни Иисуса начал постепенно смещаться на его воскресение. Это происходило зачастую в кругах христианских общин, основанных греками и состоящими преимущественно из бывших язычников. В возникших в эллинистическом мире христианских общинах, спасение через распятого и воскресшего Христа стало центральным учением. Не случайно в посланиях апостола Павла, адресованных общинам в Малой Асии и Риме, практически не упоминается жизнь и деятельность Иисуса. Возможно исторической удачей является тот факт, что синоптические евангелия были написаны значительно позже периода творческой активности в среде Павловых конгрегаций. В большинстве своем, этот поздний слой синоптической традиции нашел свое выражение в редакции евангелистов и был создан в греческом стиле. Если подойти к анализу данного материала без предубеждений, то исходя из содержания и манеры изложения текста, становится очевидным то, что авторы синоптических евангелий заняты изложением учения Иисуса, более чем идеями и представлениями о его сущности.

Дейсвительно, если к синоптическим евангелиям применить метод научного анализа, результаты исследований представят наиболее достоверный исторический портрет Иисуса. Изложение учения Иисуса его учениками-евангелистами, не является препятствием для исследования его личности.  Непредвзятый анализ приводит к выводу о том, что синоптические евангелия основаны на более ранних свидетельствах, записанных на еврейском языке учениками и очевидцами жизни Иисуса. Впоследствии эти тексты были переведены на греческий язык и прошли различные фазы редакции. Греческая редакция еврейских текстов была использована евангелистами. Изучаемые в свете их еврейских корней, синоптические евангелия способны пролить свет на историческо-психологический портрет основателя христианства.

Аспект взаимовлияния евангельских текстов  получил название "синоптической проблемы" в научных кругах. Масштабы данной статьи не позволяют уделить достаточно внимания этому критически важному анализу. Р.Л. Линдси (Сравнительная греческая симфония к синоптическим евангелиям, стр. 9-84) утверждает, что Лука, в сравнении с Марком и Матфей вслед за Марком, в большей степени придерживается оригинальной версии евангелия. Критическая переоценка литературных источников указывает на то, что Лука, вероятно, писал до Марка. Затем Марк, переработав материал, неблагоприятно повлиял на евангелие от Матфея, опиравшегося на авторитет евангелия от Марка. И в заключение, важно упомянуть о том, что Матфей, в тех частях своего евангелия, где он отходит от материала данного Марком, опирается на более ранние источники и таким образом, доносит до читателя более аутентичную версию. Лука и Матфей, следовательно, изображают исторический портрет Иисуса, с большей степенью вероятности, чем другие евагелисты.

Настоящая биография ставит целью применить метод литературной критики Линдси для того чтобы попытаться расшифровать, по возможности, эти древние источники. Для того, чтобы начертать исторический портрет жизни Иисуса недостаточно следовать за литературным развитием мысли в евангелиях. Необходимо также иметь близкое знакомство с исторической средой времен Иисуса, иметь понимание духовных идей и разногласий  среди широкого и неоднородного иудейского учения того периода. Это понимание необходимо не только для того, чтобы поместить Иисуса в историческую среду того периода, но и для того, чтобы понять его высказывания, произнесенные на языке оригинала, в их контексте.

Данная книга не ставит задачей построение моста между Иисусом и его образом, принятым в христианстве. Не намереваясь разрушать христианское мировозрение и, в то же время, не скрывая собственых индивидуальных воззрений, автор старался начертать исторический облик Иисуса. Вероятно в наш век есть больше предпосылок, чтобы воспринять его учение и личность. Люди стали более восприимчивыми, во время, когда будущее неясно, а настоящее вызывает неопределённость и страх. Сегодня мы более склонны к переоценке ценностей, к которой Иисус призывал своих современников. Многие из нас начинают осознавать важность следования моральным нормам, являющихся основой его учения. Вместе с Иисусом, мы чувствуем сострадание к социально слабым слоям населения, к социальным париям общества, отверженным и угнетённым. Когда Он учит не сопротивляться злу, он имеет в виду, что сопротивляясь, мы лишь порождаем новый виток зла, а это лишь служит на руку безразличной игре сил в обществе и во Вселенной. Подобные чувства характерны для нашего времени. Необходимо освободиться от оков предубеждений и тогда можно будет по достоинству оценить заповедь Иисуса о всеобщей любви, не как филантропической слабости, а как реалистичному отношению к миру, в котором мы живём.

Грандиозность жизни Иисуса, его призвание при крещении, разрыв отношений с родными ради высшей цели, откровение о небесном усыновлении, освобождение одержимых и исцеление больных, смерть на кресте продолжает вдохновлять человечество.

Поэтому слова, помещенные Матфеем в уста воскресшего Христа, приобретают для нас иное, не богословское значение:

"И се, буду с вами до конца веков..." (Мф.28:20)


Генеалогия

Иисус - это греческая форма имени Еошуа. В тот период это имя произносилось как Ешуа. В древней иудеской литературе, Иисуса часто называют Ешу, что вероятно, является галилейским произношением его имени После ареста Иисуса, Пётр выдаёт себя, как его ученика своим галилейским акцентом. Имя Иисус, было распространённым в Иудее начала нашей эры. Античный иудейский историк, Иосиф Флавий, упоминает около двадцати человек, носящих имя Ешуа. Первое упоминание этого имени на страницах Библии - Иисус Навин, ученик Моисея и его наместник, завоеваший землю обетованную.  В период Второго Иерусалимского Храма, иудеи, исходя из почтения, избегали давать имена великих святых, таких как Давид, Соломон, Моисей, Аарон своим детям. Возможно поэтому имя Иисус было таким популярным. У отца Иисуса и его братьев тоже были очень распространённые в то время имена. Его братьев звали Иаков, Иуда, Иосия и Симон, (Марк 6:3) - это имена патриарха Иакова и трёх из его сыновей. Эти имена были такими же рапространёнными как Сергей и Александр сегодня. Иосия - уменьшительное имя Иосифа, так звали отца Иисуса. Сегодня кажется невероятным в еврейской тардиции называть сына именем ещё живущего отца. Но в древности такой обычай был приемлемым. Мать Иисуса звали Марией, или на еврейском - Мириам, ещё одно принятое в древности имя. Хотя до нас и дошли имена некоторых женщин из прошлого,  имена сестёр Иисуса не дошли до нас. Иосиф Флавий упоминает восемь женщин, которых звали Мириам. Первой была сестра Моисея, а остальные названы в честь неё. Чудесная история рождения Иисуса описывается  в двух независимых литературных источниках: у евангелиста Матфея и у Луки. Оно не описано у Марка и Иоанна и не принимается как само собой разумеющееся в других местах Нового Завета. Кроме источников Нового Завета, первым автором, упоминающим непорочное зачатие был Игнатий из Антиохии (107 г.н.э.) 

Насколько нам известно, Иисус Христос означает Иисус Мессия. В соответствии с древним иудейским вероубеждением Мессия должен происходить из династии Давида. Евангелисты Матфей и Лука снабжают свои тексты генеалогией Ешуа, восходящей к царю Давиду через отца Ешуа, Иосифа. (Мф.1:2-16, Лк.3:23-38)

В обоих родословиях именно Иосиф, а не Мария, происходит из рода Давидова. И самым замечательным фактом является, что только эти авторы, Лука и Матфей рассказывают также историю о непорочном зачатии Марией Иисуса. Создаётся впечатление, что оба евангелиста не ощущали никакого противоречия в изложении событий подобным образом. Нужно также заметить, что оба родословия сходятся только в записи предков от Авраама до Давида. Внутренние проблемы обоих генеалогий создают впечатление, что они были сконструированы позднее, с целью доказать происхождение Мессии от Давида. Совершенно естественно предположить, что любой ожидаемый Мессия, мог  быть впоследствии ретроспективно признан сыном Давида. С другой стороны, доподлинно известно, что во времена Иисуса жили настоящие потомки из царского дома Давида. (Подобно тому как сегодня существует немало потомков Карла Великого). Недавно в Израиле был обнаружен оссуарий, предназначенный для костей "дома Давидова". Таким образом знание того, что некто принадлежит к роду царя Давида, необязательно могло стать причиной мессианских притязаний потомка. Очень важно напомнить, что несмотря на то, что в первом веке жили люди, относящие своё родство к Давиду, мы не можем с уверенностью утверждать тоже самое об Иисусе.

Неудивительно поэтому, что именно Лука и Матфей, приводящие родословную Иисуса, укажут Вифлеем местом его рождения, город, в котором родился Давид. Здесь, однако, рассказы евангелистов существенно расходятся. В соответствии с версией Луки (2:4), семья Иисуса прибыла в Вифлеем в связи с переписью. До этого они жили в Назарете, куда и возвратились впоследствии. Согласно рассказу Матфея (2:23), семья жила в Вифлееме, в Иудее, до рождения Иисуса. И только после возвращения из Египта, они поселяются в Назарете. Создается впечатление, что и генеалогия и история о рождении Иисуса в Вифлееме были изобретены, чтобы доказать его призвание, так как в народе верили, что Мессия должен быть потомком Давида. Это следует ясно из рассказа Иоанна (7:41-42).Отрывок рассказывает о том, что современникам Иисуса было неизвестно о том, что он родился в Вифлееме.

"Другие говорили: это Христос. А иные говорили: разве из Галилеи Христос прийдёт? Разве не сказано в Писании, что Христос прийдёт из семени Давидова и из Вифлеема, из того места откуда был Давид?"

Следовательно автору евангелия от Иоанна ничего не было известно ни о рождении Иисуса в Вифлееме, ни о приводимых евангелистами Лукой и Матфеем родословиях. (Приведённый выше тезис лишь косвенно доказывает то, что Иоанн не знал историю рождения Иисуса в Вифлееме. Иоанн, как один из его ближайших учеников и, вероятно близко знакомый с остальными авторами Евангелий, скорее всего знал историю рождения. Вероятными причинами того, что он её не описывает могут быть следующие:

1.Иоанн знает, что история рождения Иисуса описана синоптиками и, не желая повторяться, подчёркивает другие аспекты жизни и учения Иисуса. Это справедливо по отношению ко всему евангелию от Иоанна, которое во многом существенно отличается от синоптического;

2. Иоанн считает историю рождения Иисуса второстепенной по важности;

3. Вполне возможно также и то, что Иоанн считает рождественскую историю не заслуживающей доверия.

И наконец, совершенно естественно допустить, что современники Иисуса, особенно его земляки из Назарета, ничего не знали и не подозревали ни о его рождении в Вифлееме, ни, тем более о его Мессианских притязаниях. Это прямо следует из текста и из логики повествования. Прим. переводчика)

Примечательно, что современники считали эти два условия необходимыми для того чтобы поверить в Иисуса как Мессию.

С исторической точки зрения, Иисус был галилейским иудеем, вероятно родившимся в Назарете, где, совершенно очевидно, прожил первые тридцать лет своей жизни. Он был крещён Иоанном приблизительно в 27-28 гг. или 28-29 гг. н.э. Сложнее определить продолжительность его земного служения. Согласно свидетельствам первых трёх евангелий, этот период продлился не более одного года. С другой стороны, согласно Иоанну, мы должны предположить, что этот период длился около трёх лет. Иоанн, как принято полагать, в своём рассказе придаёт большее значение богословским аспектам учения Иисуса, нежели исторической аккуратности.

Следовательно синоптические евангелия нужно считать более достоверными с исторической точки зрения. 

(Совершенно иной точки зрения придерживался епископ Кассиан Безобразов, считавший Иоанна "идеальным" учеником, и поэтому заслуживающим, во всех отношениях, большего доверия. Прим. переводчика)

В тоже время необходимо задаться вопросом насколько первые три евангелиста задавались целью с точностью передать исторические события и, насколько их рассказы были продиктованы религиозными убеждениями. В действительности существует солидная историческая база, доказывающая, что хроникам евангелистов можно доверять. Иисус, возможно, проповедовал и учил в Иудее и Иерусалиме, но большую часть своей деятельности он провёл на северозападном берегу Галилейского озера. Также будет легче постичь драму его жизни, предположив, что время его общественного служения заняло около одного года. Многие исследователи полагают, что оно продлилось три года, называя дату его смерти в Пасху 30 или 33 г. н.э. Вероятнее всего, Иисус был крещён в году 28-29 н.э., а распят в 30 г. н.э. 

Как уже было отмечено, у Иисуса было четыре брата и несколько сестёр. В семье, следовательно, было около семи детей. Если допустить, что непорочное зачатие было историческим фактом, а также, что братья и сёстры Иисуса были ему родными, то он, вероятно, был старшим. Лука (2:22-24) рассказывает, что младенец Иисус был принесён в Иерусалимский храм своими родителями вскоре после рождения. Закон Моисеев предписывал "каждого младенца, разверзающего ложесна, посвятить Господу". (Числа 18:15) Правда существовала возможность выкупить младенца, но многие благочестивые родители использовали такую возможность, чтобы совершить паломничество в Иерусалим.

Был ли Иисус старшим сыном в семье или Лука вставляет эту историю в повествование с целью подчеркнуть непорочное зачатие? 

Вероятнее всего отец Иисуса Иосиф умер задолго до его крещения Иоанном. Возможно Иосиф умер когда Иисус был ещё ребёнком. Когда Иисус начинает своё общественное служение, мы встречаем его мать и братьев, но его отец больше не упоминается. В соответствии с нарративом Луки (2:41-51), Иосиф был жив, когда Иисусу было двенадцать лет. 

 "И по достижении Им двенадцати лет, когда восходили они в Иерусалим по обычаю Праздника,

и совершили положенные дни, — при возвращении остался Отрок Иисус в Иерусалиме, и не заметили этого родители Его.

Думая же, что Он со спутниками, прошли они дневной путь и стали искать Его среди родственников и знакомых,

и не найдя, возвратились в Иерусалим, ища Его.

И было: через три дня нашли они Его в храме, сидящего между учителями и слушающего их и задающего им вопросы;

и изумлялись все слушающие Его разуму и ответам Его."

 ( Евангелие от Луки 2:42-47 пер. еп. Кассиана)

 Эта история представляет перед нами рано сформировавшегося мудреца или, как бы сказали сегодня, молодого талмудиста. В наши дни иудейский мальчик считается совершеннолетним с точки зрения религиозного закона в тринадцать лет, а в те времена, это возможно было и в двенадцать. Такая история может быть основана на фактах. Я слышал подобную историю из уст вдовы знаменитого раввина А. Аптовицера, о том как её мужа, когда он был ребёнком, забыли родители во время праздника. Они нашли его впоследствии, обсуждающим глубокие богословские вопросы в кругу раввинов. Вдова Аптовицера определённо не могла быть знакома с историей из евангелия от Луки. Если я не ошибаюсь, индийский философ Гупта рассказывает подобную историю из собственной автобиографии. 

Эта история не противоречит остальному из того что мы знаем об образовании Иисуса. Можно предположть с определённой уверенностью, что ученики Иисуса были людьми "простыми и не книжными":

 "Видя же дерзновение Петра и Иоанна, и поняв, что они люди некнижные и простецы, удивлялись и признавали их, что они были с Иисусом."

 (Деяния апостолов 4:13)

 Возможно это дало повод, исторически менее обоснованный, посчитать, что Иисус был тоже малообразованным в религиозной сфере человеком.

 "Но в половине уже праздника вошел Иисус в храм и учил.

И дивились Иудеи, говоря: как Он знает Писания, не учившись?"

 (Евангелие от Иоанна 7:14,15)

Хотя, если сравнить учение Иисуса с изречениями и высказываниями его современников, становится очевидным, что уровень его образования был зачастую выше последних. Иисус прекрасно разбирался и в священном писании и в устной традиции, и свободно применял свои знания в различных ситуациях. Более того, уровень религиозного образования Иисуса выглядит значительно выше, чем у апостола Павла. 

Можно ли, следовательно, утверждать что Иисус был одним из народных еврейских мудрецов своего времени? По крайней мере к такому заключению пришёл историк Иосиф Флавий, описывая события несколько десятилетий спустя. Несмотря на то что общепринятым мнением является то, что свидетельство Флавия об Иисусе является позднейшей вставкой христианских писателей (Иудейские древности 18:63-64), вероятнее всего дошедший до нас текст передаёт мысль Флавия, но тем не менее он был немного скорректирован христианским переводчиком. Как видно из нижеприведённого текста, оригинальный текст не был полностью изменён. Соверешенно очевиден метод христианского корректора в самом начале предложения:

"В это время жил Иисус, мудрый человек, если, конечно его можно назвать человеком." Именно благодаря этой неудачной вставке мы можем с уверенностью определить оригинальный текст, слова Флавия о том, Иисус был мудрым человеком. 

Иосиф Флавий, следовательно, отождествляет Иисуса с еврейскими мудрецами ("хахамим") того времени. На греческом языке мудрец звучит как "софист", что в то время еще не несло негативной коннотации. Иосиф Флавий во всех своих произведениях называет двух замечательных еврейских мудрецов ( Иоанна Крестителя и Иисуса, прим. переводчика) софистами. Этот термин он использует и по отношению к другим еврейским мудрецам. Греческий писатель, Люциан из Самосата (120 -180 гг. н.э.) также называет Иисуса "распятым софистом". Я не уверен насколько Иисусу импонировало сравнение с еврейскими мудрецами, но это не важно для нашего исследования. Важно, что отношение Флавия к Иисусу как к мудрецу, ставит под сомнение распространённое мнение о нём, как о простом и необразованном человеке. Косвенным подтверждением данного тезиса будут служить многочисленные примеры из Евангелий, когда люди обращаются к Иисусу как к учителю, "Рабби" и не только внешними. Те, кто состоял в кругу ближайших сподвижников его миссии обращались к нему как к господину ("а- адон") ("Господи" или "Господь", прим. переводчика). Очевидно он предпочитал такое обращение. Это мы знаем исходя из слов Иисуса, изложенных евангелистом Лукой:

"Как говорят, что Христос есть Сын Давидов

а сам Давид говорит в книге Псалмов: сказал Господь Господу (адони) моему: седи одесную Меня,

 доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих? (Пс.109:1)

 Итак, Давид Господом (адон) называет Его; как же Он Сын ему?"

(Лук.20:41-45)

Этот титул не следует интерпретировать как знак божественности Иисуса (Адонай), а скорее как индикацию его высокого самоосознания.

Эпитет "Рабби" был очень популярным в тот период, особенно среди учёных и учителей закона Моисеева. Это понятие ещё не было ограничено лишь назначенными официальными служителями. Следующее за Иисусом поколение начало применять титул рабби уже как академическую степень. Иисус не одобрял распространённую среди фарисеев тенденцию требовать обращения к себе как к рабби. 

"Тогда Иисус начал говорить народу и ученикам Своим

 И сказал: на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи;

 итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают...

... все же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди: расширяют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих;

 также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах

 и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: учитель! учитель!

 А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья;

 и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах..."

(Матф.23)

В те времена распространённым обращением к уважаемым лицам был обращение "аба" - отец. К предводителю последнего еврейского восстания Бар-Кохбе, в недавно опубликованном письме, обращаются  как "аба хавиви" - дорогой отец. Поколением раньше времён Иисуса, мудрец сказал: "Люби труд и презирай учительство." Многие другие разделяли это мнение, (сравни посл. Иакова 3:1 прим переводчика).

Вероятно высокомерие преобладало среди книжников, но они не были изнеженными белоручками. Обязательным требованием было, чтобы каждый учитель знал ремесло. Плотники считались наиболее образованными. Если появлялась какая-то особая сложность, требующая дискуссии, они спрашивали: "Есть-ли среди нас плотник или сын плотника, который поможет разрешить тот или иной вопрос для нас?" Иисус был плотником и сыном плотника. Сам по себе этот факт не доказывает того, что Иисус был образованным человеком, но является ещё одним контраргументом против распространённого идиллического представления о том, что он был наивным и простым человеком труда.

Ницше был прав, написав:

"Попытки, о которых я знаю, сконструировать задушевную историю из Евангелий, кажутся мне психологической фривольностью."

Существует также психологический элемент в жизни Иисуса, который нельзя игнорировать: трения с ближайшими родственниками Иисуса и его собственное понимание своей миссии и призвания. Этот элемент особенно заметен в Евангелии от Иоанна, наименее исторически достоверном источнике. На свадьбе в Кане, мать Иисуса просит его превратить воду в вино, на что последний отвечает: 

"Что мне до тебя, Жено?" (2;4)

В недавно обнаруженном апокрифическом источнике конфликт между Иисусом и членами его семьи изображен особенно остро. Источник (С. Пайнс "Иудеохристиане и первые столетия христианства в соответствии с новым источником") сообщает о том, что когда Иисус был распят, его мать и братья Иаков, Симеон и Иуда пришли и стояли у креста. Иисус сказал матери:

"Бери своих сыновей и уходи."

Конфликт этот прослеживается и в синоптических Евангелиях. Согласно изложению Луки, Иисус признавал религиозные чувства своих близких:

 "И пришли к Нему Матерь и братья Его, и не могли подойти к Нему по причине народа. 

 И дали знать Ему: Матерь и братья Твои стоят вне, желая видеть Тебя. 

 Он сказал им в ответ: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его." (Св. Евангелие от Луки 8:19-21)

Следовательно, Он признавал превосходство веры над семейными связями.

В другом случае мы видим что:

"Когда же Он говорил это, одна женщина, возвысив голос из народа, сказала Ему: блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие! 

 А Он сказал: блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его."

(Св. Евангелие от Луки 11:27,28)

А версия Марка, рассказа, упомянутого Лукой, изображает внутрисемейный конфликт еще острее:

"И пришли Матерь и братья Его и, стоя вне дома, послали к Нему звать Его. 

 Около Него сидел народ. И сказали Ему: вот, Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои, вне дома, спрашивают Тебя. 

 И отвечал им: кто матерь Моя и братья Мои? 

 И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои…"

(Св. Евангелие от Марка 3:31-34)

Благодаря  свидетельству, данному евангелистами, Иисус отчетливо понимал, что бескомпромиссное религиозное посвящение приводит иногда, к разрыву семейных связей.

"Он сказал им: истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или родителей, или братьев, или сестер, или жену, или детей для Царствия Божия, 

 и не получил бы гораздо более в сие время, и в век будущий жизни вечной."

(Св. Евангелие от Луки 18:29,30)

Или другой яркий пример:

"А другому сказал: следуй за Мною. Тот сказал: Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего. 

 Но Иисус сказал ему: предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие. 

 Еще другой сказал: я пойду за Тобою, Господи! но прежде позволь мне проститься с домашними моими. 

 Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия." 

(Св. Евангелие от Луки 9:59-62)  

Наверное не найдется более подходящего примера, звучащего настолько бесчеловечно в переводе, чем на еврейском языке, как слова Иисуса в Евангелии от Луки 14:26:

"Если кто приходит ко мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, и притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником."

Глубокие эмоциональные проблемы возникли между Иисусом и членами его семьи в Назарете и скорее всего эти события наложили отпечаток на его последующее мировозрение, так сильно повлиявшее на человечество. Сильным фактором, ставшим причиной его ухода из Назарета, являлось видение родными Иисуса его миссии как опасного заблуждения ( См. от Иоанна 7:5 : " Ибо и братья Его не веровали в Него"). Иисус совершенно ясно предвидел, что его призвание и миссия не найдут отклика в сердцах близких ему родных и земляков поэтому он не возвращается в Назарет после крещения Иоанном, а поселяется в Капернауме. Впоследствии, возвратившись в свой город, он произнесет свою знаменитую фразу: "не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и в доме своем". (Мф.13:57, Лк.4:24, Ин.4:44)

Что произошло с семьёй Иисуса после его смерти? Отрывок из  Деяний апостлов 1:14 рассказывает, что мать Иисуса и его братья присоединились к общине апостолов в Иерусалиме. Брат Иисуса Иаков поверил в него после воскресения. В 62 г. н.э Иаков умрет за веру в своего брата, казненный саддукейским первосвященником. Остальные братья Иисуса и их семьи были также обращены в веру и позднее пользовались гостеприимством христианских общин. (1. Кор.9:5)

Признав позднее своего ушедшего брата Мессией, они также стали осознавать себя потомками Давида. Одна из древних легенд повествует о том, что император Домициан подозревал внуков брата Иисуса Иуды в тайных претензиях на престол. На основании этих подозрений, он, согласно рассказу, вызвал их в Рим и там подверг допросу. Убедившись в том что они были бедными крестьянами, Домициан их отпустил. Считается, что потомки братьев Иисуса были руководителями христианских общин в Иудее и Галилее и что они жили еще во времена императора Траяна. После Иакова, брата Иисуса, главой общины в Иерусалиме стал Симеон, его двоюродный брат. После смерти Иисуса, следовательно, его родные преодолев неверие, заняли достойное место в молодой общине его последователей. Можно понять их действия. Было бы очень опасным оставаться в одиночестве в обществе отвергнувших Иисуса людей и поэтому находиться среди его последователей и учеников было удобней и безопасней.

(продолжение следует)